| Оэн... |
[Дек. 1, 2006|11:59 am] |
Колокольчик в сильных пальцах Квистл возвещал начало завтрака. Оэн выполз в столовую; на столе его уже ждали чашка молока и печенье. Гостеприимная Квистл поцеловала его в макушку меж огромных ушей, похожих на бант, и змей с хорошим детским аппетитом принялся за еду. - А знаешь, - Квистл никак не могла отучить его говорить с набитым ртом, - Мне сегодня такой сон приснился! Будто бы у меня выросли радужные крылья, и я летал под самыми облаками! Я вырасту - и обязательно научусь летать! - Ах, Оэн, Оэн... Ты ведь не гусеница. Ты змей. Малолетний змей длиной в 5 метров. Ни одни крылья не смогут поднять ввысь твое тело. Рожденный ползать летать не может... Змей сверкнул глазами: - Я тебе не верю. Длинная зеленая гусеница в одно прекрасное утро становится бабочкой. Чем я хуже? Квистл неодобрительно покачала головой и замолчала, подбирая слова. В этот момент на крыльце послышался топот детских ног, и в комнату вбежала очаровательная девочка. У нее были золотистые локоны до плеч, крепкие розовые щечки и огромные кукольные глаза. Одета она была в легкое белое платье и белые же туфельки. - Тетя Квистл! - девочка повисла на шее женщины. - Ильстрен, племянница моя! На каникулы приехала? Оэн с некоторой завистью наблюдал эту картину, а потом тихонько выполз на улицу, оставив их наедине. Нащебетавшись вдоволь, две особи женского пола заметили-таки, что змееныш куда-то пропал. - Наверное, к друзьям пополз играть, - предположила Квистл. - Может быть, он меня испугался? - расстроилась Ильстрен. Но Оэн просто-напросто знал, что за сараем на солнцепеке уже сошел снег, и появились первые хрупкие подснежники. Поэтому, когда он снова появился на крыльце, кончик его хвоста был свернут в петельку, державшую маленький белый цветок. Не обращая внимания на Квистл, змееныш подполз к девочке и вложил цветок в ее руки. Ильстрен вспыхнула, как маков цвет, на миг потеряв сходство с подснежником. И тут Квистл увидела, как со змеиной чешуи и белого платья взмывают ввысь огромные радужные крылья, как девочка и змей поднимаются к облакам, счастливо смеясь... По ее щекам потекли слезы. - Вот и весна пришла... дети полетели, - и она вынула из кармана передника маленькую фотографию. На фотографии была она сама, еще молодая и тоненькая, с огромными крыльями, пролетающая где-то над городом в окружении таких же крылатых существ. - Весна пришла, - повторила Квистл, и смахнула непрошеную слезу. |
|
|