September 3rd, 2008

(no subject)

Брр...холодрыга.
Чем большим количеством одеял укрываешься, тем труднее по утрам из-под них выбираться.
Отопления нет. Воды нет. Жизни нет. Населена роботами.
Вчера вечером наш стояк таки собрали, аки конструктор. И пустили пробную горячую воду. Но радовались мы рано.
Одна моя умная соседка наотрез отказалась менять трубы, мотивировав это тем, что у нее евроремонт, трубы она уже меняла и вообще ей это не нужно. В итоге верхних и нижних соседей присоединяли к ее старым трубам, так что всю заржавленность ее "евроремонта" прочувствовали в полной мере.
Не, ну ежу понятно, что соседку залило. Вместе с евроремонтом и роботами.
Продолжаем мерзнуть. Хорошо хоть холодную воду отключать перестали...

"Я лечу". Серия вторая: пляски с бубном

Ровно без двух минут девять влетаю на территорию больницы - и останавливаюсь. Вокруг пестрых клумб прогуливаются импозантные мужчины при галстуках, прямо перед терапевтическим корпусом разворачивается духовой оркестр, а откуда-то от приемки доносятся звуки гармошки и бубна.
Протерла глаза.
Явление не только не исчезло, но и дополнилось звонкими девичьими голосами, распевающими частушки.
Отчаявшись разгадать загадку, поднялась в отделение, там меня отправили на семинар к студентам.
Сидим на семинаре. Частушки прямо под окном. Навязчивое желание встать и посмотреть, они там только поют, или вдобавок пляшут?
Во время перерыва отправляемся в ординаторскую писать истории болезни. В ординаторской - толпа людей в белых халатах, обстановка сугубо рабочая в том плане, что все ругаются, и телефон трезвонит, как сумасшедший. Из разговоров становится ясно, что приезжает комиссия заценивать ландшафтный дизайн больницы, и по этому поводу будет концерт с Пугачевой и Галкиным. Окна выходят на противоположную от частушек сторону; духовой оркестр играет "Тиииихо в лесу..."
К телефону просят завуча, красавицу Елену Николаевну. Выцарапываю ее из кабинета, битком набитого студентами, она разговаривает по телефону, потом видит нас, удивляется, радуется, назначает встречу на "поговорить с ординаторами первого года", жалуется на невыносимых студентов (3 сентября, я напомню!), уходит.
Тут же снова звонит телефон, профессор требует Елену Николаевну. Снова иду, снова вламываюсь в кабинет, выдаю: "Елена Николаевна, вам там профессор хочет!" - она вздыхает: "Этому-то что надо, Госспади?"
Вот такая вот у нас профессиональная солидарность.
Collapse )